Фамилия Тризнов — наглядный пример того, как простое прозвище, закрепившись в документах, превратилось в родовое имя. Она образована по стандартной для русских фамилий модели: к основе Тризн- добавили суффикс -ов, указывающий на принадлежность («сын Тризна»). Ударение, скорее всего, падает на первый слог: Тризнов.

Ключ к происхождению — в основе. Слово «тризна» — древнее, общеславянское. В языческой Руси так называли погребальный обряд, включавший воинские состязания, поминальное пиршество и жертвоприношения. Позже, уже в христианскую эпоху, слово закрепилось в значении «поминальный стол», «поминки». Прямого отношения к похоронному делу прозвище могло и не иметь. Чаще всего Тризной в народе называли человека, родившегося в день поминовения усопших (в родительскую субботу) или получившего это имя по какой-то бытовой ассоциации — например, за угрюмый нрав или склонность к долгим застольям.

В русской ономастике фамилия Тризнов нечастотна. Можно провести параллель с однокоренными фамилиями Тризнин, Тризновский — все они восходят к тому же прозвищу. Словарь Б. Унбегауна относит подобные образования к разряду «искусственных» или прозвищных, то есть не связанных напрямую с каноническими крестильными именами. Социальный состав носителей был разнородным: в переписных книгах XVII–XVIII веков Тризновы встречаются и среди крестьян, и среди посадских людей, и даже в среде мелкопоместного дворянства — фамилия не имела сословной окраски.

Есть и менее очевидная версия, которую иногда выдвигают: связь с тюркским корнем. В некоторых тюркских языках есть слова, звучащие как «триз» или «дырыз» (спорный, упрямый), но эта гипотеза слабая. Фамилия Тризнов — исконно русская по словообразовательной модели, и её корень прозрачно ложится на славянскую почву. Так что предки носителя этой фамилии — человек, которого в округе знали по прозвищу Тризна, и в этом прозвище, скорее всего, не было ничего мрачного — только бытовая меткость языка.