Фамилия Цапанов — это памятник не столько официальной генеалогии, сколько живой народной речи. В её основе лежит прозвище Цапан, которое в разных говорах имело схожие, но не identical значения. Чаще всего так называли человека, склонного к накоплению денег, этакого прижимистого хозяина. В тверских краях, например, бытовали слова «Цапа» и «Цапля» для обозначения навязчивого, прилипчивого человека — тот, кто буквально «цапает» собеседника.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ан- указывает на лицо по действию или характерному признаку, а корень восходит к глаголу «цапать» — то есть «хватать, вырывать, добывать». Отсюда и второе, более лестное толкование: Цапаном могли величать проворного, хваткого и смекалистого мужика, который умеет урвать своё. Таким образом, фамилия изначально несла не столько семейную, сколько личностную характеристику предка — его манеру вести дела или общаться.

Существует и альтернативная, менее очевидная версия, которую стоит упомянуть для полноты картины. Фамилия Цапанов могла стать фонетическим вариантом фамилии Цопанов (или Чопанов), образованной от имени Цопан (Чопан). Это имя встречается преимущественно на Кавказе и, вероятнее всего, восходит к турецкому или крымскотатарскому слову çoban — «пастух». Однако эта гипотеза выглядит менее убедительной: слишком велико расстояние между кавказским регионом и русскими говорами, где бытовало слово «цапан». Скорее всего, перед нами случайное созвучие, а не родство, и основная версия — славянское прозвище от глагола «цапать» — остаётся главной.

Прозвище Цапан закрепилось за человеком как наиболее употребительное именование, а со временем, с переходом в разряд фамилий, приобрело стандартную форму притяжательного прилагательного с суффиксом -ов: Цапанов, то есть «сын Цапана». Безусловно, процесс формирования каждой конкретной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому окончательно говорить о точном времени и месте происхождения фамилии Цапанов можно лишь на основании серьезных генеалогических исследований. Но её языковая основа — слово, которое живёт в диалектах и по сей день, — даёт нам редкую возможность увидеть, каким видели человека наши предки.