Фамилия Цидилин — редкий пример того, как в основе родового имени лежит не имя или профессия, а бытовое прозвище, построенное на глаголе «цедить». Если смотреть на словообразовательную модель, всё прозрачно: сначала появилось прозвище Цидиля, а уже от него — стандартная патронимическая форма с суффиксом -ин, указывающая на принадлежность потомку этого человека. То есть Цидилин буквально означает «сын Цидили», как, скажем, Пушкин — «сын Пушки».

Что же могло означать само прозвище? Глагол «цедить» в русских говорах имел два оттенка. Первый — конкретный, ремесленный: процеживать, очищать жидкость от осадка. В крестьянском и посадском быту этим занимались при варке пива, кваса, при изготовлении сыра или мёда. Поэтому Цидилей вполне могли прозвать работника, чья обязанность состояла в фильтрации и очистке — например, на винокурне или в домашнем хозяйстве. Второй оттенок — переносный, и он куда интереснее. Цедить — говорить медленно, сквозь зубы, процеживая слова. Отсюда ироничное прозвище для человека неразговорчивого, замкнутого, который общается с людьми неохотно, словно через сито.

Какая версия правдоподобнее? Обе имеют право на жизнь, и ономастика знает немало аналогичных случаев. Словарь русских фамилий фиксирует целое гнездо однокоренных образований: Цедилин, Цедилкин, Цедильников — и все они восходят к той же основе. Наличие варианта Цедильников, где суффикс -ник прямо указывает на род занятий (цедильник — тот, кто цедит), говорит в пользу того, что прозвище Цидиля изначально могло быть профессиональным. Но и поведенческая версия не отпадает: в северных говорах «цедилой» дразнили медлительного, тянущего слова человека.

Написание через «и» в первом слоге не должно сбивать с толку. Это типичная народная этимология: в безударной позиции «е» и «и» звучали одинаково, поэтому при записи фамилии в документах букву могли заменить. Аналогично писали Циплин от Цеплин, Цикарев от Цекарев. Так что искать в фамилии Цидилин связь с цыганскими или иноязычными корнями не нужно — перед нами чисто русское образование от живого глагола.

Сословных ограничений у фамилии не было. Прозвища такого типа встречались и среди крестьян, и среди посадских людей, и у служилых. Фамилия не дворянская, но и не однозначно крестьянская: в XIX веке её могли носить мещане, купцы, отставные солдаты. Точную географию бытования проследить сложно из-за редкости, но по законам словообразования она скорее всего сложилась в центральных или северных губерниях, где говоры активнее использовали глагол «цедить» в бытовой лексике.

Сегодня фамилия редкая, и это как раз тот случай, когда за ней стоит не целый род известных деятелей, а конкретная семейная история, уходящая в прозвище одного человека. Кем бы он ни был — мастером, процеживающим брагу, или молчуном, процеживающим слова, — его потомки сохранили память о нём в нескольких буквах фамилии.