Фамилия Цвентарный с первого взгляда кажется загадочной — ничего похожего в списке распространённых русских фамилий не встретишь. И это не случайно: её основа уходит в украинское наречие, где слово «цвынтар» (или «цвинтар») означает кладбище. От него и образовали прозвище Цвентарный, то есть «кладбищенский».

Такое прозвище в старину закреплялось за человеком по двум причинам. Чаще всего так называли сторожа или смотрителя погоста — человека, который следил за порядком на кладбище, копал могилы или присматривал за территорией. Реже прозвище получал тот, кто жил неподалёку от кладбища, — и тогда соседи определяли его по месту жительства, как, например, Заозёрского или Подгорного.

Обратите внимание на суффикс: -ный в данном случае указывает на признак, свойство, а не на принадлежность роду. Фамилии с таким суффиксом в русской традиции встречаются реже, чем с -ов или -ин, и чаще тяготеют к юго-западным землям — Украине, Белоруссии, а также польскому влиянию. Это лишний раз подтверждает: корень фамилии — не великорусский, а украинский, и бытовала она преимущественно на территориях, где говорят на украинском или близких говорах.

Само слово «цвынтар» пришло в украинский язык из польского (cmentarz), а в польский — из латыни (coemeterium), где оно восходит к греческому слову со значением «место для сна» — так христиане называли кладбище, ожидая воскресения. Так что в фамилии, на первый взгляд мрачной, на самом деле зашифровано древнее представление о смерти как о временном покое.

В написании фамилии встречается вариант с «и» — Цвинтарный, что ближе к украинскому произношению. Вариант с «е» закрепился, вероятно, под влиянием русской письменной традиции, где звук [и] после мягкого согласного часто передавали через «е». Поэтому при поиске предков стоит учитывать обе формы.

Если ваши предки носили фамилию Цвентарный, скорее всего, они происходили из крестьянской или мещанской среды западнорусских губерний, где церковь и кладбище были центром деревенской жизни, а должность кладбищенского сторожа — привычной и уважаемой. Прозвище закрепилось за родом, перешло в фамилию и донесло до нас память о человеке, который нёс свою нелёгкую службу у последнего пристанища односельчан.