Фамилия Туловская — редкий пример, когда прозвище, лёгшее в основу фамилии, напрямую связано с древним воинским снаряжением. В основе лежит слово «тул» — так на Руси называли колчан, футляр для стрел. Слово это общеславянское, родственное литовскому «tulas» и греческому «тулос», что означает «влагалище, ножны». Поэтому первая и самая правдоподобная версия: Тулей прозвали мастера, который делал такие колчаны, либо опытного воина или охотника, который неизменно носил тул с собой.

Однако у прозвища есть и вторая, менее очевидная грань. В переносном смысле «тул» мог означать нечто скрытое, потаённое. Отсюда и возможный оттенок характера: Тулей могли называть человека замкнутого, нелюдимого, живущего «в себе». Эта версия не так популярна, но она объясняет, почему прозвище закрепилось за конкретным человеком, а не просто описывало его ремесло.

Третья версия — топонимическая, и она самая простая. Туловской могли записать человека, который переехал из Тулы или из села с похожим названием, например Тулово. Такие сёла встречаются в разных областях России. Но здесь важно обратить внимание на суффикс: форма «Туловская» указывает не на прямое отношение к городу Тула (тогда была бы фамилия Туляков или Тулин), а скорее на принадлежность к роду, где предка звали Тула или Туля. То есть даже в этом случае мы возвращаемся к прозвищу.

Суффикс «-ск-» в фамилии Туловская — отдельная история. Такие фамилии в старину получали в основном дворяне и выходцы из княжеских родов, а также духовенство. Но в данном случае, скорее всего, мы имеем дело с более поздним образованием — так могли оформить фамилию в семинарской среде или при переписи, чтобы придать простому прозвищу более книжное, «благородное» звучание. Это не редкость: крестьянского сына Тулю при поступлении в духовное училище могли записать как Туловского.

Итак, потомок человека с прозвищем Туля, будь то искусный лучник, скрытный молчун или выходец из Тулы, со временем получил фамилию Туловская. Наиболее убедительной выглядит первая версия — о связи с колчаном для стрел, так как она опирается на прямое значение древнего слова, а не на случайное созвучие.