Фамилия Урбин — редкий пример, где основа почти наверняка не славянская, а тюркская или финно-угорская. Вопреки ожиданиям, её не стоит выводить от слова «урба» (город) — это интуитивное, но ложное сближение с латынью. Куда реальнее связь с тюркским корнем «урба» или «урбай» — так в ряде тюркских языков называют ячмень, просо или вообще зерно. В таком случае прозвище Урба давали либо крестьянину, сеявшему эту культуру, либо человеку с прозвищем по внешности (маленький, «зернистый»). Суффикс -ин указывает на принадлежность: «сын Урбы» или «из семьи Урбы».

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование, — от финно-угорского имени или прозвища. В карельских и вепсских говорах встречается основа «urb» в значении «белка» (ср. вепсское «orav»). Если так, то Урба — человек, напоминающий белку (шустрый, рыжеватый, запасливый), а Урбин — его потомок. Эта гипотеза объясняет, почему фамилия встречается на Северо-Западе России, в частности в Вологодской и Архангельской областях.

География фамилии неширокая: Урбины рассеяны по Русскому Северу и Поволжью, с отдельными гнёздами в Башкортостане и Татарстане. В центральных и южных регионах фамилия почти не встречается, что косвенно подтверждает её неславянское происхождение. В документах XVII–XVIII веков она не фиксируется, что говорит о позднем оформлении — скорее всего, в XIX веке, при массовой паспортизации.

Известных носителей, вошедших в энциклопедии, нет — фамилия осталась в тени. Но её необычное звучание и прозрачная, хоть и не славянская, этимология делают Урбина хорошим примером того, как русская фамилия может хранить память о межэтнических контактах: тюркском земледелии или финно-угорской охоте.