Фамилия Урман звучит по-немецки, и это не случайно. Чаще всего её объясняют как сложение двух немецких слов: Uhr — «часы» и Mann — «мужчина». Проще говоря, Урман — это «часовщик», человек, который делал или чинил часы. Прозвище по ремеслу закрепилось за предком и перешло в фамилию, что типично для немецкой ономастики.

Есть и вторая версия, но она заметно слабее. Слово urman встречается в тюркских языках и означает «дремучий лес», «тайга», «болотистая тайга». По этой логике Урманом могли прозвать жителя глухой лесной или болотистой местности. Однако против этой гипотезы говорит само звучание: в русской традиции таёжное прозвище скорее дало бы фамилии вроде Урманов или Урмановский, а форма без суффикса, как Урман, выглядит инородной. Для немецкого же словосложения модель «предмет + человек» абсолютно естественна, вспомним хотя бы фамилии, которые носили евреи в Германии и Австрии: Вейценбаум — «пшеничное дерево», Зауэрштром — «кислый поток», Левенфиш — «рыба-лев», Цигенбаум — «козье дерево», Квечман — «тот, кто высказывается неохотно». Урман в этот ряд ложится без натяжки.

Итак, если опираться на словообразовательную модель, версия с часовщиком правдоподобнее. Предок носителя фамилии, скорее всего, был мастером, который умел обращаться с механизмами, — в XVII–XVIII веках такие люди ценились при дворах и в богатых городских домах. Впрочем, не исключено, что прозвище прицепилось к человеку, который вечно сверялся с часами или был пунктуален до педантичности.

Фамилия Урман встречается у людей разного происхождения — от потомков немецких колонистов до тех, кто получил её через еврейскую традицию фамилий на -ман. В каждом случае носителю стоит смотреть на семейную историю: если среди предков были ремесленники или выходцы из немецкоязычных земель, первая версия почти наверняка верна. Если же родословная уводит в сибирскую или уральскую глушь, можно вспомнить и про тайгу, но такая трактовка останется лишь догадкой.