Фамилия Вельмаскина — редкий пример, где географическая привязка оказывается едва ли не важнее, чем разбор корня. Судя по всему, перед нами фамилия с ярко выраженным региональным колоритом, скорее всего, связанная с Поволжьем или Уралом.

Основа фамилии — «Вельмаск» — не встречается в русских святцах и не является распространённым прозвищем. Здесь стоит присмотреться к финно-угорскому субстрату. В языках народов Поволжья (марийском, удмуртском, коми) корень «вель» или «вел» может означать «верх», «сила», «жизнь» или быть частью сложных имён. Возможна связь с марийским мужским именем Вельма (Велма), которое могло быть сокращением от более длинного имени. Суффикс «-ск-» в русских фамилиях чаще всего указывает на принадлежность к местности или роду, но в случае с Вельмаскиными он мог закрепиться через прозвище или название селения, которое со временем исчезло с карт.

Интересна именно модель образования. Фамилия Вельмаскин, от которой образована женская форма Вельмаскина, содержит суффикс «-ин», типичный для русских фамилий от основ на -а/-я. Однако наличие суффикса «-ск-» перед «-ин» — конструкция нестандартная. Обычно фамилии на «-ский» не присоединяют «-ин». Это наводит на мысль, что перед нами не дворянская фамилия (для них типично чистое «-ский»), а народная, возможно, возникшая от названия деревни Вельмаски (или Вельмаска) — такая топонимическая модель характерна для севера и северо-востока России, где названия на «-ск» переходили в фамилии с двойным суффиксом.

Ещё одна версия, менее вероятная, но допустимая: фамилия могла возникнуть от прозвища Вельмаска, данного человеку с заметной внешностью или повадкой, напоминающей какого-то зверя или птицу, но здесь мы упираемся в отсутствие ясной семантики. Правдоподобнее всего выглядит связь с этнонимом или локальным самоназванием группы людей, например, с вепсами (вепся — одно из самоназваний), но звуковой переход «вепс-» → «вельм-» требует допущений.

Таким образом, носитель фамилии Вельмаскина, скорее всего, имеет предков из числа коренных народов Поволжья или русского старожильческого населения, которое заимствовало и адаптировало местные имена. Фамилия эта не частая, в общероссийских списках встречается единично, что только подтверждает её узкую локальную привязку.