Фамилия Вещунин — один из тех редких случаев, когда корень слова сохранил почти забытое значение. В основе лежит древнерусское «вещий» — мудрый, знающий, пророческий. В современном языке это слово ассоциируется прежде всего с «вещим Олегом» и сказочными предсказателями, но в древности «вещими» называли людей, обладающих особым знанием: волхвов, кудесников, знахарей. От этого прилагательного образовалось прозвище Вещуня — так могли назвать человека, который предсказывал погоду, лечил травами или просто слыл проницательным, «всё наперёд видящим».

Словообразовательная модель здесь классическая для северных и центральных русских говоров: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей сын?» — «Вещунин»). Первоначально это было отчество: сын Вещуни. Интересно, что полная форма прозвища — Вещуня — встречается в писцовых книгах XVI–XVII веков, особенно в новгородских и вятских землях. В этих регионах фамилия Вещунин и сегодня встречается чаще, чем в других областях, что косвенно подтверждает её северное происхождение.

В отличие от более распространённых «вещих» фамилий вроде Вещев или Вещунова, форма с суффиксом -уня (-унин) встречается редко. Она характерна для прозвищ, образованных от глаголов или прилагательных с экспрессивным оттенком: болтун — Болтунов, говорун — Говорунов, вещун — Вещунов. Но вариант Вещунин (через «уня») звучит ласкательнее или фамильярнее: Вещуня — это не просто «вещун», а скорее «вещунья», «балаболка» в уменьшительно-пренебрежительном ключе. Впрочем, в ономастике нет единого мнения, был ли это суффикс субъективной оценки или диалектная особенность словообразования.

Сословная принадлежность предков-Вещуниных типична для крестьянского и посадского населения. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — это фамилия людей, чьи предки жили общиной, занимались земледелием, ремеслом или промыслами. В метрических книгах XIX века Вещунины встречаются среди государственных крестьян Вятской губернии и мещан Архангельской губернии.

Стоит упомянуть и возможную связь с диалектным словом «вещуня» — так в некоторых говорах называли не только пророка, но и сплетника, пустомелю. Если прозвище давалось в насмешку, то фамилия могла означать «сын болтуна» или «сын того, кто много говорит». Однако первое значение — мудрец, знахарь — исторически более весомо, так как в древности «вещий» имело положительную окраску, а ироническое употребление появилось позже.