Фамилия Воронщикова — одна из тех, где суффикс сразу выдаёт историю. Она образована не по стандартной модели «отчество от имени или прозвища» (как Воронов или Воронин), а от названия занятия: воронщик. В русских говорах так называли человека, который ловил ворон, — либо для защиты посевов, либо ради промысла (вороньи перья шли на письменные принадлежности, а мясо иногда использовали в народной медицине). В основе лежит слово «ворон», а суффикс -щик указывает на род деятельности, как у бондаря, каменщика или извозчика. То есть первый носитель фамилии был не просто Ворон, а именно тот, кто промышлял воронами или отпугивал их.

Фамилия Воронщикова — женская форма, а мужской вариант — Воронщиков. Она редкая, и её география узкая. По данным переписей и архивов, основное ядро носителей сосредоточено в центральных и северных регионах России — в Вологодской, Ярославской, Костромской областях, где вороньи стаи были настоящим бичом для полей, и ловля ворон считалась полезным, хоть и непрестижным ремеслом. В южных и сибирских губерниях фамилия почти не встречалась: там эту работу называли иначе — «воронятник» или «воронолов».

Словообразовательная модель — суффикс -ов после основы на -щик — типична для русских фамилий, образованных от названий профессий (ср. Бондарщиков, Каменщиков). Интересно, что в древности прозвище «Воронщик» могло закрепиться не только за ловцом, но и за человеком с чёрными волосами или хриплым голосом — в народе таких сравнивали с вороном. Однако вторая версия менее вероятна: для внешних признаков чаще использовали суффиксы -ух, -ач или -яй (Воронух, Воронач), а -щик прочно ассоциировался с работой.

В отличие от однокоренных фамилий (Воронов, Воронцов, Воронин), Воронщикова не имеет отношения к дворянским родам или боярским прозвищам. Это фамилия крестьянская и посадская, чётко привязанная к ремеслу. В документах XVII–XVIII веков можно найти упоминания «воронщиков» как отдельной категории людей, обязанных ловить ворон по наряду от помещика или общины. Так что предки носительницы этой фамилии, скорее всего, занимались трудом, который сегодня кажется странным, но в те времена был обычным делом.