Фамилия Ягницына — женская форма от Ягницын, и её разбор стоит начать с суффикса. Модель типична для русского Севера и ряда центральных областей: основа плюс -ин (а не -ов), что указывает на принадлежность человеку, названному прозвищем или именем. В данном случае корень «ягниц-» восходит к древнерусскому «ягня» — ягнёнок, молодой баран. Так могли прозвать кроткого, тихого человека или, наоборот, того, кто родился во время окота овец — в крестьянском быту такие приметы давали прозвища детям.

Менее очевидная, но правдоподобная версия связывает фамилию с неканоническим личным именем Ягня. В дохристианской и раннехристианской Руси были распространены «животные» имена: Волк, Медведь, Козёл, Ягня. Они не несли оскорбительного смысла, а служили оберегом или просто бытовым прозвищем. Ягня могло быть уменьшительной формой от Ягнёнок — ласковым обращением к младшему в семье.

Географически фамилия тяготеет к северным и северо-восточным регионам: в переписях XVII–XVIII веков Ягницыны встречаются в Вологодской, Архангельской и Вятской губерниях. Это зона, где суффикс -ин активно вытеснял -ов в фамилиях от прозвищ. В ономастических работах Б. Унбегауна и В. Никонова такие фамилии относят к «архаическому северорусскому пласту», сохранившему древние словообразовательные модели.

Интересная деталь: в некоторых говорах «ягница» означала не просто ягнёнка, а молодую овцу, которая ещё не ягнилась. Прозвище Ягница могли дать женщине — невысокой, пухлой или с белыми кудрявыми волосами. Тогда фамилия Ягницына могла изначально быть «материнской», то есть передаваться от матери, а не от отца — редкий случай в русской патронимической системе.

Спорных версий здесь немного. Связь с тюркским «ягны» (светлый, ясный) маловероятна — фамилия не встречается в южных и восточных регионах, где такие заимствования обычны. Скорее всего, основа чисто славянская, а фамилия — прямое свидетельство крестьянского быта, где овцы были основой хозяйства, а прозвища давали по привычным глазу вещам.