Фамилия Заборей — редкий случай, когда прозвище, а не имя или профессия, стало основой для фамилии, причём с необычным суффиксом. В русской ономастике фамилии на -ей встречаются гораздо реже, чем на -ов или -ин, и почти всегда указывают на то, что перед нами не патроним (не «сын такого-то»), а прямое прозвище, застывшее в форме именительного падежа.

Корень «забор» в прозвище мог иметь два значения. Первое — бытовое: забор как ограда. Человек мог получить прозвище Забор за то, что строил заборы, жил у забора или был высоким и худым, как жердь. Второе — диалектное: в некоторых говорах «забором» называли не только ограду, но и запруду, закол на реке, а также скупого или упрямого человека (от глагола «забрать» — взять себе). Форма «Заборей» — это именительный падеж единственного числа, где окончание -ей характерно для мягкой разновидности склонения существительных (ср. «богатырь» — «богатырей»). Такие фамилии обычно не склоняются по падежам, как и многие фамилии на -их/-ых.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским говорам, где форма «Заборей» встречается чаще, чем в северных областях. Встречаются и однокоренные варианты: Заборов, Заборин, Заборский — но Заборей стоит особняком, потому что сохранил исходное прозвище почти без изменений. Это говорит о том, что фамилия могла закрепиться за одним родом в небольшом селе или хуторе, где дополнительный суффикс был не нужен: прозвище и так всех отличало.

Если сравнивать с другими фамилиями на -ей (например, Кобзарей, Писарей, Звонарей), то Заборей стоит в ряду тех, что образованы от названий лиц по действию или свойству, а не по ремеслу. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» такие примеры разбираются в разделе прозвищных фамилий, не имеющих суффиксальной прибавки — они считаются архаичными и редкими.

Таким образом, предки носителя фамилии Заборей были, скорее всего, крестьянами или ремесленниками, получившими прозвище по одному из двух признаков: либо по связи с оградой (строитель, владелец), либо по характеру (упрямый, прижимистый). Точнее сказать невозможно без архивных записей конкретной местности, но сама форма фамилии — короткая, без патронимического суффикса — указывает на то, что прозвище было дано взрослому человеку и передалось детям как есть.