Фамилия Заломихина — женская форма фамилии Заломихин. Её основа — прозвище или нецерковное имя Заломиха. В русской ономастике суффикс -их(а) встречается реже, чем -ов или -ин, и указывает на принадлежность к роду: Заломиха — это жена или вдова Залома, либо женщина, которую так прозвали по её собственному качеству.

Корень фамилии — «залом». В народной речи «залом» означал изгиб, складку, перелом. Прозвище могло закрепиться за человеком с какой-то физической особенностью: например, за тем, кто хромал или горбился, или за обладателем крутого нрава («ломать» в переносном смысле). Но есть и другая, более конкретная версия, связанная с ремеслом. В северных и сибирских говорах «заломить» значило взять непомерно высокую цену, запросить лишку. Заломихой могли прозвать торговца, который заламывал цену, или, наоборот, человека, который умел торговаться до изнеможения продавца. Третья версия отсылает к земледелию: заломом называли сноп, который жнецы оставляли в поле как знак или оберег. Прозвище Заломиха могли дать крестьянину, который отвечал за этот ритуал.

Фамилия Заломихин (и её женская форма) — относительно редкая. Встречается в основном в центральных областях России, а также на Урале и в Сибири, куда переселенцы принесли свои прозвища в XVII–XVIII веках. Суффикс -их(ин) характерен для фамилий, образованных от прозвищ на -иха, и часто встречается в северных и сибирских регионах: например, Горемыкин, Усатых. В отличие от фамилий на -ов, которые указывают на принадлежность отцу, фамилии на -ин от прозвищ на -иха подчёркивают родственную связь с конкретным человеком, часто с женщиной. Это делает фамилию Заломихина не просто отчеством, а указанием на конкретную личность в роду — женщину по прозвищу Заломиха.

Таким образом, носительница фамилии Заломихина может вести род от женщины с острым языком, крутым нравом или, что не менее вероятно, от крестьянки, знавшей толк в торге. Спор между версиями разрешить сложно, но связь с торговлей или земледельческим обрядом выглядит убедительнее, чем просто физический изъян, — такие прозвища давали реже и они быстрее забывались.