Фамилия Журавуль — редкий случай, когда прозвище застыло почти без изменений, минуя типичные фамильные суффиксы. В русской традиции фамилии чаще всего образуются с помощью -ов, -ев, -ин: Журавлёв, Журавкин. Здесь же мы видим чистую основу без добавления суффикса принадлежности. Это указывает на то, что «Журавуль» могло быть уличным прозвищем или внутрисемейным именем, которое позже закрепилось как фамилия в устном бытовании, особенно в среде, где фамилии оформлялись позже и проще — например, у казаков, крестьян западных или южных губерний, а также у переселенцев.

Корень слова — «журав-», тот же, что в названии птицы журавль. Суффикс «-уль» нехарактерен для русских фамилий и скорее напоминает украинские или белорусские модели словообразования, где уменьшительно-ласкательные или прозвищные формы на -уль, -юль встречаются чаще (сравните: Кравчуль, Мищуль). В украинском языке «журавель» — это журавль, а форма «Журавуль» могла возникнуть из диалектного произношения или как ласкательное прозвище долговязого, худого человека с длинными ногами. Такие прозвища давали по внешнему сходству с птицей.

По географической привязке фамилия Журавуль встречается в основном в южных регионах России и на Украине — в Запорожской, Днепропетровской, Херсонской областях, а также среди потомков казаков Кубани и Дона. Это подтверждает версию о южнорусском или украинском происхождении. В ревизских сказках и метрических книгах XIX века такие фамилии без суффикса часто записывали «как слышали», поэтому варианты написания могли колебаться: Журавуль, Журавул, Журавулев (с добавлением -ев в поздних документах).

Вторая, менее вероятная версия связывает фамилию с румынским или молдавским влиянием. В молдавском языке «журавул» — это форма родительного падежа от «журавле» (журавль). Если предки жили на границе с Бессарабией, фамилия могла возникнуть как калька с местного говора. Но в русском контексте проще объяснить её как прозвище: предка, похожего на журавля — высокого, сутулого или с характерной походкой, — называли Журавулём, а потом это прозвище стало фамилией для его потомков.

Словообразовательный разбор показывает, что фамилия не прошла через стандартную модель «прозвище + суффикс», а сохранила архаичную форму. Это делает её ценной для ономастов: такие фамилии — живые свидетели того, как в народной среде фамилии могли закрепляться без канцелярской обработки, особенно в регионах с поздним закрепощением и слабым административным учётом.