Фамилия Абдулгафуров — один из ярких примеров того, как в русскую фамильную систему вошло полное арабское теофорное имя. В отличие от более привычных Абдуловых или Абдурахмановых, где основа часто усекалась, здесь мы видим полную форму имени Абдулгафур, что говорит о сравнительно позднем оформлении фамилии и, возможно, о книжном, грамотном происхождении её носителя.

Основа фамилии — мужское имя Абдулгафур, которое переводится с арабского как «раб Прощающего» (от «абд» — раб, слуга и «аль-Гафур» — один из эпитетов Аллаха, означающий «Всепрощающий»). Это имя было распространено в среде мусульманских народов Российской империи: у татар, башкир, народов Кавказа и Средней Азии. Русский фамильный суффикс -ов присоединился к имени без изменений, что типично для фамилий тюркского и арабо-персидского происхождения, вошедших в обиход в XIX — начале XX века.

Интересна словообразовательная особенность. В отличие от фамилий, образованных от прозвищ или профессий, Абдулгафуров — это патроним, то есть «сын Абдулгафура». Однако в русской традиции суффикс -ов закрепился за целым родом, и сегодня фамилия не означает прямого родства с конкретным человеком по имени Абдулгафур, а указывает на то, что основатель рода носил это имя.

Географически фамилия не привязана к одной области. Её можно встретить в Татарстане, Башкортостане, в Дагестане, а также среди выходцев из Средней Азии, особенно среди узбеков и таджиков. В русском контексте она чаще всего фиксируется в регионах с компактным проживанием татарского населения, например, в Поволжье или Западной Сибири. При этом написание фамилии устойчиво: варианты вроде Абдулгаффаров (с удвоенной «ф») встречаются, но реже и скорее как результат орфографической ошибки, а не самостоятельной традиции.

Социальный контекст тоже говорит о многом. Фамилии на полное арабское имя без сокращений обычно получали люди, имевшие отношение к мусульманскому образованию — муллы, учителя медресе, грамотные торговцы. В крестьянской среде имя чаще усекали до Абдул или Гафур, поэтому полная форма Абдулгафуров может указывать на то, что предок был человеком книжной культуры или происходил из духовного сословия.