Фамилия Аккакиев — редкий случай, когда литературный герой прочно вошёл в реальную ономастику, но её корни глубже гоголевской иронии. Самый известный носитель — Акакий Акакиевич Башмачкин из «Шинели», где повторение корня обыгрывает незлобивость персонажа. Однако если отбросить литературный контекст, перед нами фамилия, образованная от канонического крестильного имени Акакий. В святцах его носили несколько раннехристианских мучеников, а с греческого оно переводится как «не делающий зла» или «незлобивый».

Словообразовательная модель проста: к основе имени Акак(ий) добавляется типичный русский фамильный суффикс -ев, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Акакия). Фамилии на -ев обычно получали от основ, оканчивающихся на мягкий согласный или -й. Форма «Аккакиев» — не ошибка, а фонетический вариант, где удвоенное «к» могло закрепиться под влиянием церковнославянского произношения или как орфографическая случайность. Встречается и написание с одним «к» — Акакиев, но вариант с удвоением встречается реже и потому особенно характерен для тех, кто хочет проследить именно свою ветвь.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России, где имя Акакий было в ходу у духовенства и крестьян. В среде священников его давали в честь святого Акакия, епископа Мелитинского, поэтому фамилия могла закрепиться в семинарской среде. В крестьянской среде имя тоже встречалось, хоть и редко — по святцам, и тогда сын такого Акакия получал фамилию Акакиев или Аккакиев. Почти не встречается она в дворянских родословных: это фамилия небогатых слоёв — мещан, духовенства, крестьян. В советское время из-за ассоциации с гоголевским «маленьким человеком» её могли менять на более нейтральные. Сегодня Аккакиевых в России — единицы, фамилия стоит на грани исчезновения, что делает её особенно ценной для генеалогии: каждый носитель — почти наверняка потомок конкретного Акакия, жившего в XIX веке.