Фамилия Амелькины — одна из тех, что хранят в себе историю повседневного общения, где официальное церковное имя уступало место домашнему, ласковому прозвищу. В её основе лежит мужское крестильное имя Емельян, известное на Руси с принятием христианства. Греческое «Эмилианос» означало «льстивый», а латинская версия трактует его как «соперник» или «участник состязаний». Но в быту громоздкое полное имя быстро сократили: появились формы Емелька, Омелька, а затем и Амелька — через характерное для народной речи «аканье», когда безударное «о» переходило в «а».

Фамилия образована по самой распространённой русской модели: к основе Амельк- добавили суффикс -ин, указывающий на принадлежность. В буквальном смысле Амелькин — это «сын Амельки», «малый из рода Амелькиных». Такая схема типична для фамилий, возникших в среде крестьян и посадских людей, где отчество или прозвище отца закреплялось за детьми и внуками уже как родовое имя.

Интересно, что написание через «а» (Амелькин) долгое время считалось просторечным вариантом фамилии Омелькин, образованной от той же основы. В документах XVII–XVIII веков можно встретить оба написания даже у членов одной семьи: это отражает неустойчивость письменной нормы в эпоху, когда грамота была уделом немногих. Географически фамилия Амелькины чаще всего встречается в центральных и южных регионах России, особенно в бывших губерниях с сильным акающим говором — Рязанской, Тамбовской, Воронежской.

Несмотря на кажущуюся простоту, фамилия Амелькины — живое свидетельство того, как церковное имя, пройдя через горнило народной переработки, стало родовым знаком целых семей, сохранив в себе звучание давно ушедшей речи.