Фамилия Амплитов — редкий случай, когда в основе лежит не крестильное имя, а его просторечная, усечённая форма. Полное имя Амфилохий (греч. amphilochos — «сидящий в засаде», «подстерегающий») в народном произношении потеряло начало и середину, превратившись в Амплит. Такое сокращение — обычное дело в русской дофамильной антропонимии: Авксентий становился Ксентием, а Евпсихий — Психеем. От этого обиходного варианта и пошла фамилия при помощи стандартного патронимического суффикса -ов, который буквально означает «сын Амплита».

Церковная история знает святого Амфилохия Иконийского, но в крестьянской и мещанской среде XVIII–XIX веков редкое имя нередко искажали до неузнаваемости. Священники при крещении записывали младенца Амфилохием, а в быту его звали Амплитом — так и закреплялось прозвище за родом. Фамилия Амплитов могла возникнуть в среде духовенства или среди государственных крестьян, где канонические имена давали по святцам, но в повседневности их адаптировали.

Географически фамилия тяготеет к центральным и северным губерниям России — Вологодской, Костромской, Вятской, где старообрядческая и церковная традиции дольше сохраняли архаичные имена. Встречается она и в казачьих областях, но там, скорее всего, уже как принесённая переселенцами. С точки зрения словообразования, Амплитов стоит в одном ряду с фамилиями вроде Амвросиев, Анемподистов, Ипполитов — все они образованы от полных или усечённых вариантов редких греческих имён.

В современных справочниках по русским фамилиям (например, у Б. Унбегауна) отдельного разбора Амплитова нет, но модель ясна: это типичный пример того, как церковное имя через народную переделку стало родовым прозвищем. Споров о происхождении здесь почти не возникает — альтернативная версия, связывающая фамилию с латинским amplus («большой», «обильный»), маловероятна, так как латинские основы в русских фамилиях крестьянского слоя единичны и обычно относятся к семинарским прозвищам, а не к бытовым именам.

Так что Амплитов — это фамилия-отчество от имени, которое почти исчезло из обихода. Носитель такой фамилии может считать, что его предок был назван в честь малоизвестного, но почитаемого святого, а имя в народе переделали на свой лад.