Фамилия Андринатьев — один из тех редких случаев, когда на слух она кажется длинной и «сложной», а на деле образована по простейшей и очень распространённой модели. Её основа — крестильное имя Андринат, которое в русском обиходе практически не встречается и вызывает закономерный вопрос: откуда оно взялось?

Ответ лежит в области народной переработки церковных имён. Андринат — это просторечная, «обрусевшая» форма канонического имени Адриан (лат. Hadrianus — «житель города Адрия», то есть происходящий с побережья Адриатического моря). В русской традиции имя Адриан часто звучало как Андриан, а в некоторых говорах, особенно на севере и в Поволжье, переходило в Андринат — с характерным наращением «-ат» (сравните: Кондрат от Кондратий, Ермолат от Ермолай). Таким образом, Андринатьев буквально означает «сын Андрината».

Суффикс «-ев» указывает на принадлежность: Андринатьев — чей? — сын или потомок человека по имени Андринат. Фамилия относится к типичным русским патронимическим фамилиям, которые массово закрепились в XVI–XVII веках у крестьян и посадских людей. Аристократического или служилого происхождения здесь нет — перед нами фамилия, возникшая в среде, где имя отца (или деда) без изменений становилось родовым прозванием.

Географически фамилия редкая. Её можно встретить в центральных областях России, а также в Зауралье, куда переселенцы принесли свои говоры. Интересно, что в переписных книгах XVII века имя Андринат фиксируется именно у крестьян Архангельской и Вологодской губерний. Это ещё одно подтверждение: фамилия «вышла» из северных диалектов, где звук «д» в имени Адриан не смягчался, а переходил в твёрдое «н», а окончание «-ат» закрепилось как привычная форма.

С точки зрения словообразования, Андринатьев стоит в одном ряду с фамилиями Кондратов, Ермолаев, Аввакумов — все они образованы от народных форм церковных имён. Но если Кондратов встречается повсеместно, то Андринатьев остался на периферии фамильного ландшафта. Это не делает её «неправильной» или искажённой — напротив, она сохранила живой след того, как звучало имя предка в повседневной речи четыре-пять веков назад.