Фамилия Авласевичь — один из тех редких случаев, когда написание с мягким знаком на конце даёт ключ к разгадке. Традиционное окончание «-ич» в русских, белорусских и польских фамилиях указывало на принадлежность к роду: «чей?» — «сын такого-то». Форма «-ичь», а не «-ич» — это не ошибка, а историческая особенность западных говоров, в частности белорусских. В польском языке это окончание выглядело бы как «-icz», но в кириллической записи XIX века, когда фамилии фиксировали по документам, мягкий знак мог сохраняться. Таким образом, Авласевичь — это «сын Авласа».

Основа фамилии — имя Авлас. Это народная, разговорная форма крестильного имени Евстафий (от греческого «устойчивый», «крепко стоящий»). В белорусском и украинском языках имя Евстафий давало множество производных: Авлас, Авласко, Влас. В отличие от имени Влас, которое стало самостоятельным, Авлас — более архаичный вариант, сохранивший начальное «ав». Фамилии на «-севич» (как Авласевич) — типичный продукт белорусской ономастики, где суффикс «-евич» (в мягком варианте «-евичь») присоединялся к основе имени.

С точки зрения социальной истории, фамилия Авласевичь могла возникнуть в среде крестьян или мещан на территории современных Беларуси, западной Смоленщины или восточной Польши. В среде православного духовенства такие фамилии тоже встречались, но чаще — в форме «Авласович» или «Евстафьев». Мягкий знак на конце встречается в метрических книгах XIX века, но к началу XX века почти везде вытеснился стандартным окончанием «-ич». Поэтому написание «Авласевичь» — это либо сознательная реставрация старой орфографии, либо редкая запись, сохранившаяся в документах дореволюционного времени.

Однокоренные фамилии — Авласов, Авласенко, Авласко. Но Авласевичь стоит особняком: она не только указывает на отчество, но и чётко маркирует регион своего происхождения — западные губернии Российской империи, где белорусская речь соседствовала с польской канцелярией.

Если сравнивать с другими вариантами, любопытно, что фамилия Авласевичь не перешла в стандартную форму «Авласевич» — это подчёркивает её уникальность. В ономастических словарях, например, у Б. Унбегауна, подобные написания с мягким знаком рассматриваются как архаизмы, характерные для письменной традиции XIX века. Встретить такую фамилию сегодня — значит столкнуться с живым свидетельством того, как местные говоры и канцелярская практика закрепили редкую орфографию, не поддавшуюся унификации.