Фамилия Башлычев образована от прозвища Башлык, и в этом случае, в отличие от многих других, основа почти наверняка не тюркская, а русская, диалектная. В северных и сибирских говорах «башлык» (или «башлак») называли не головной убор, а бродягу, беспризорного человека, шатуна. В словаре Даля зафиксировано именно это значение: башлык — «беглый, бродяга, сорванец». Прозвище давали либо человеку без постоянного крова, либо тому, кто вёл кочевой образ жизни — например, отходнику, уходившему на долгие промыслы.

Суффикс -ев указывает на притяжательную модель: «чей сын?» — Башлычев, то есть сын Башлыка. Фамилия вписана в классическую патронимическую схему, которая в XVI–XVII веках закрепилась за крестьянством и посадскими людьми, реже — за служилыми. Географически фамилия тяготеет к северо-востоку: в переписях XVII–XVIII веков однофамильцы встречаются в Вятской, Пермской и Архангельской губерниях — как раз в зоне бытования северного говора, где «башлык» означало именно бродягу.

Версия о происхождении от тюркского «баш» (голова) с суффиксом -лык, давшего название капюшону, маловероятна для русской фамилии. Тюркские заимствования обычно давали прозвища по внешнему признаку (носил башлык), но тогда мы бы ждали формы Башлыков, а не Башлычев. Кроме того, в тюркских языках слово «башлык» имело значение «главарь, предводитель» — и если бы прозвище имело такой смысл, оно бы скорее сохранилось в южных и казачьих регионах, а не на Русском Севере.

Интересно, что фамилия Башлычев — редкая и не имеет дворянских ветвей в родословных книгах. Это говорит о том, что её носители почти наверняка были государственными или помещичьими крестьянами, возможно — старообрядцами, которые нередко селились в глухих северных лесах. В советское время фамилия не получила широкого распространения, осталась локальной, с очагами в Кировской и Архангельской областях.