Фамилия Беллюстин — редкий случай в русской ономастике, где прозрачная, на первый взгляд, основа обманчива. Вопреки интуиции, корень здесь не «белый» и не «белёсый». Фамилия образована от прозвища или мирского имени Белюст, а оно, в свою очередь, восходит к древнерусскому слову «блюсти» — то есть «беречь, охранять, соблюдать». Белюстом могли называть человека осторожного, рачительного, бдительного, а возможно — приходского сторожа или церковного старосту, кому вменялось «блюсти» порядок.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Беллюстин — «сын Белюста». Форма с двойным «л» и мягким знаком (Беллюстин вместо ожидаемого Белюстин) — результат позднейшего фонетического изменения. В русском языке сочетание «лю» перед гласной часто давало «ллю» (сравните «Илья» — «Ильин», но в некоторых говорах и письменных традициях закреплялось «Иллин»). Так «Белюстин» превратился в «Беллюстин», и эта орфография стала фамильной нормой.

С точки зрения географии, фамилия плотно привязана к Тверской губернии и соседним областям Верхневолжья. Именно оттуда происходит один из самых известных носителей — протоиерей Иоанн Беллюстин (1819–1890), автор знаменитой книги «Описание сельского духовенства», которая произвела эффект разорвавшейся бомбы при Александре II. Его фамилия — не псевдоним, а родовая, что подтверждает духовное сословие как одну из социальных сред бытования этого прозвищного имени.

В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» Беллюстин не упоминается — фамилия слишком редкая и локальная. Однако по словообразовательной модели она абсолютно стандартна для русского севера и северо-запада: основа от глагола в повелительном наклонении или от существительного со значением действия (ср. фамилии Блюстин, Храплин, Стукин). Беллюстин стоит в одном ряду с ними, а не с «цветными» фамилиями вроде Белов или Беляев.

Если искать однокоренные параллели, то в документах XVI–XVII веков встречается фамилия Белюстин (без двойного «л»), и именно она является более ранней формой. Двойное «л» закрепилось, скорее всего, в семинарской среде XIX века, где любили «латинизировать» написание, хотя сама фамилия осталась исконно русской по корню. Так что предки современного Беллюстина — не белые и не бледные, а люди «блюстительные», радеющие о порядке и сохранности.