Фамилия Белоконев — один из тех случаев, когда прозвище почти дословно перешло в фамилию, сохранив свою образность. В её основе лежит прозвище Белоконь, которое, в свою очередь, образовано от словосочетания «белый конь». В славянской, и особенно в казачьей, среде конь был не просто животным, а символом верности и удачи. Отсюда и поговорки: «Конь не выдаст, и враг не съест», «Счастье на коне, бессчастье под конем». Прозвище Белоконь могло закрепиться за человеком, который владел белым конём, либо выделялся какой-то особой статью или повадкой, напоминавшей этого благородного зверя.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: к основе Белоконь добавился типичный русский фамильный суффикс -ев. Это указывает на то, что фамилия формировалась в среде, где был распространён патронимический принцип: «чей?» — «Белоконев», то есть сын или потомок Белоконя. В отличие от фамилий на -ин (например, Белоконин), суффикс -ев чаще встречается у фамилий, образованных от слов мужского рода с мягкой основой или на -ь.

Интересно, что фамилия Белоконев органично вписывается в ряд «цветных» конских фамилий: Воронов, Гнедов, Рыжов, Сивов. Но если Воронов или Гнедов могут указывать на масть коня напрямую, то Белоконев звучит более поэтично и, возможно, несёт в себе оттенок прозвища-оберега или идеализации. Прямых указаний на сословную принадлежность первых носителей нет, но сама образность и связь с казачьим фольклором позволяют предположить, что корни фамилии уходят в южнорусские или донские земли, где коневодство и воинская культура были особенно значимы.

Процесс закрепления прозвища в качестве наследственной фамилии мог растянуться на несколько поколений, и точное место и время её возникновения требуют отдельного генеалогического поиска. Однако ясно одно: фамилия Белоконев — это не просто семейное имя, а отражение целого пласта народной культуры, где конь был и кормильцем, и боевым товарищем, и героем песен.