Фамилия Благинин — яркий пример того, как одно слово может таить в себе две прямо противоположные характеристики. В её основе лежит прозвище Благо, а оно, в свою очередь, восходит к прилагательному «благой». Тут и начинается главная загадка для этимолога.

В современном языке «благой» прочно ассоциируется с чем-то добрым, хорошим, полезным. Если исходить из этого значения, прозвище Благо давали человеку с положительными чертами характера — добродетельному, отзывчивому и душевному. Однако в русских говорах и в древнерусском языке у этого слова был и второй, прямо противоположный смысл: «злой, сердитый, упрямый, дурной, тяжелый». Отсюда же и слово «блажной» — взбалмошный, своенравный, беспокойный. В таком случае прозвище Благо мог получить человек с крутым нравом, вспыльчивый, суетливый или шаловливый.

Какую из двух версий предпочесть — вопрос контекста. В ономастике принято учитывать, что прозвища часто давались «от противного» или по яркой, заметной черте. Поэтому обе трактовки имеют равное право на существование, и без знания конкретной истории рода выбрать единственную невозможно.

Сама фамилия образована по продуктивной модели на -ин. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Благинин — это «сын Благини» (где Благиня — ласкательная или обиходная форма того же прозвища Благо). Такая словообразовательная цепочка типична для русских фамилий, возникших в среде крестьян и посадских людей в XVI–XVII веках.

Фамилия Благинин встречается нечасто, что говорит о её локальном происхождении. Основные очаги бытования — центральные и северные регионы России, где диалектное слово «благой» в значении «дурной, упрямый» было особенно распространено. Таким образом, предки современных Благининых с высокой вероятностью были крестьянами или ремесленниками, а их родовое прозвище отражало либо выдающуюся доброту, либо не менее выдающуюся строптивость основателя фамилии.