Фамилия Благушин — один из тех случаев, когда язык сыграл с историей злую шутку. В основе лежит прозвище Благуша, а оно, в свою очередь, восходит к прилагательному «благой». Тут и начинается путаница: в древнерусском языке у этого слова было два прямо противоположных значения. Первое — «добрый, хороший, полезный», второе — «сердитый, упрямый». Так что прозвище могло достаться как добродетельному и покладистому человеку, так и, наоборот, вспыльчивому, своенравному, с кем лучше не связываться. В южных и западных русских говорах к тому же бытовал глагол «благать» — «ублажать, угождать», что добавляет ещё один оттенок к портрету предка.

Суффикс -ин указывает на стандартную модель образования: «чей?» — «сын Благуши». Такая форма типична для прозвищ, оканчивающихся на -а или -я, и широко распространена в северных и центральных областях России. Судя по всему, фамилия Благушин не относится к аристократическим — её носители, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми, которых в документах записывали по отцу или деду. Географически фамилия встречается нечасто, что говорит о локальном бытовании прозвища: возможно, оно закрепилось в какой-то одной волости или даже в одной семье.

Интересно, что у фамилии есть редкая особенность: прилагательное «благой» в значении «плохой, дурной» почти вышло из употребления в литературном языке, но сохранилось в диалектах. Поэтому сегодняшний носитель фамилии Благушин, сам того не зная, хранит в ней отголосок старого говора — возможно, рязанского, тульского или калужского, где такое значение было особенно распространено. Однозначно сказать, какое именно качество описывало прозвище, уже невозможно, но это и неважно: для потомков Благуша остаётся загадкой, которую не разрешить без архивных записей конкретной семьи.