Фамилия Бределев — одна из тех, что уводит нас в историю немецкоязычных земель. Скорее всего, это русская форма фамилии Бредель, которую фиксировали у еврейского населения Центральной и Восточной Европы. Чтобы понять её корень, нужно разобрать прозвище, от которого она произошла.

В основе лежит нижненемецкое слово Brede — «болотистая местность», «низина». К нему добавили уменьшительно-ласкательный суффикс -ель, характерный для немецких прозвищ. Так что Бредель буквально означает «маленький Бреде» — то есть сын человека, жившего на болоте или у низины. Такая модель образования (корень + суффикс) типична для фамилий, описывающих место жительства: предок получил прозвище по характерной черте ландшафта.

Есть и вторая версия. Бредель мог быть прозвищем выходца из коммуны Бридель в немецкой земле Рейнланд-Пфальц. Разница в написании (Бредель vs Бридель) могла стереться в устной речи или при записи фамилии в документах. Этот путь — от названия населённого пункта — тоже распространён, особенно среди еврейских фамилий, которые нередко образовывались от немецких топонимов.

Интересно, что фамилия Бределев стоит в ряду других «немецких» фамилий у евреев: Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев»), Цигенбаум («козье дерево»), Квечман («высказываться неохотно»). Все они — кальки или прямые заимствования из немецкого, отражающие быт, природу или ироничные прозвища. Бредель органично вписывается в этот ряд: он указывает на конкретный ландшафт, а не на профессию или личное качество.

Русский суффикс -ев добавился при адаптации фамилии на славянской почве, превратив её в притяжательную форму: «чей?» — Бределев, то есть потомок Бределя. Такая модель — частая у русских фамилий, образованных от иноязычных основ. География фамилии сегодня не привязана к одному региону, но её носители встречаются там, где в XIX–XX веках селились еврейские общины с немецкими корнями — от западных губерний Российской империи до крупных городов.