Фамилия Булесинова — редкий случай, когда географический ареал бытования почти наверняка подсказывает происхождение. Если открыть справочник адресов жителей Российской империи или современные телефонные книги, основная масса Булесиновых обнаружится в двух регионах: в Пензенской области и соседней Мордовии. Это не случайность.

Словообразовательная модель — суффикс -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность: «чей сын?» — Булесинов, то есть сын Булесина. А сам корень «Булес-» почти наверняка восходит к мордовскому (эрзянскому) мужскому имени Булесь. В эрзянской антропонимике имя Булесь (иногда в форме Буляй, Булай) связывают с тюркским заимствованием «була» — «пёстрый», «рябой», или же с эрзянским «буле» — «бык» (в значении крепкий, сильный человек). В любом случае, прозвище или имя Булесь давали по внешности или по характеру.

Далее работает типичная для финно-угорских народов Поволжья модель: имя Булесь → отчество Булесин (сын Булеся) → фамилия Булесинов. Фактически это русифицированная форма мордовского отчества: русский суффикс -ов/-ин нарастили поверх местной основы, чтобы вписать фамилию в общероссийский документооборот. То есть предок носителя фамилии звался просто Булесь, а его детей в метриках записали как Булесины, а внуков — уже Булесиновы.

Версия о происхождении от тюркского имени Булес (встречается у татар-мишарей) тоже имеет право на существование, но менее вероятна. У татар фамилии на -ин встречаются реже, и звучала бы она скорее как Булесов. А вот для мордовского ареала суффикс -ин (а не -ов) характерен: в эрзянских фамилиях он преобладает, так как местные имена часто оканчивались на мягкий согласный или -й.

Таким образом, Булесиновы — это потомки какого-то Булеся, жившего, скорее всего, на территории современной Мордовии или Пензенской губернии. Сословно предки, вероятнее всего, были государственными крестьянами (мордва в основном относилась к этому сословию) либо однодворцами. Никаких дворянских родов с такой фамилией в «Бархатной книге» или «Общем гербовнике» не числится — фамилия сугубо народная, крестьянская, что не делает её менее ценной для истории.