Фамилия Буйлук — один из тех случаев, когда внешне простая основа скрывает за собой сразу несколько версий происхождения, и разобраться в них стоит тому, кто хочет понять, кем были его предки. В центре внимания здесь прозвище Буйло, от которого и образована фамилия.

Самая прямая и правдоподобная версия отсылает к диалектному слову «буйло» — так в некоторых говорах называли буйвола, то есть азиатского или турецкого черного быка. Прозвище Буйло могли дать человеку крупному, крепкому, сильному, похожему на быка. Но необязательно за внешность: вполне вероятно, что такое прозвище получал тот, кто держал скот, разводил крупный домашний рогатый скот. То есть речь идет либо о физической характеристике, либо о роде занятий.

Есть и вторая версия, хотя она выглядит менее убедительной. Она связывает прозвище с глаголом «буяти» — буянить, бушевать, шуметь, драться. В таком случае Буйлом могли прозвать задиристого, вспыльчивого, дерзкого человека. Версия не лишена логики, но всё же уступает первой: связь с «буйволом» более прозрачна и подкреплена диалектной лексикой, а «буянить» — слово более общее, от него образованы другие фамилии (Буянов, Буяновский), и для Буйлука такая этимология менее характерна.

Теперь о суффиксе. Фамилия Буйлук выделяется на фоне типичных русских фамилий на -ов, -ев, -ин. Суффикс -ук (-юк) характерен для украинской и белорусской ономастики. Он указывает на сына, потомка: Буйлук — буквально «сын Буйла» или «маленький Буйло». Это важная деталь: фамилия не просто закрепилась за родом, а прямо говорит о родственной связи с человеком по прозвищу Буйло. Такая модель образования типична для западнорусских земель, где фамилии на -ук встречаются особенно часто. Иными словами, предки носителей фамилии Буйлук, скорее всего, жили на территории современной Украины или Беларуси, либо в южных регионах России, где такое слово было в ходу.

Итак, потомок человека, которого в округе знали как Буйло — за силу, стать или за скотоводческое дело, — со временем стал носить фамилию Буйлук. Версия с буйным нравом возможна, но менее вероятна. Главное, что фамилия эта — не случайный набор звуков, а живое свидетельство того, как в языке закреплялись прозвища, и как по ним можно восстановить образ предка: крупного, сильного человека, возможно, скотовода, жившего на западе или юге славянского мира.