Фамилия Чушина — яркий пример того, как русская фамилия может хранить в себе не очевидное сразу прозвище, а целый пласт диалектной лексики. Вопреки первому впечатлению, её основа, скорее всего, не связана с современным словом «чушь» (в смысле «ерунда, вздор»). В русских говорах, особенно северных и уральских, слово «чушь» имело совершенно конкретное значение — «мелкий лес, кустарник, хворост», а также «сор, мусор, щепки». Человека могли прозвать Чушей за худобу, невзрачный вид (как «сухая ветка») или за то, что он занимался расчисткой леса, собирал хворост.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Чушина — «дочь/жена Чуши» или «из семьи Чуши». Это типичная модель для русских фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён, оканчивающихся на -а/-я. Ударение в фамилии обычно падает на первый слог — Чу́шина, что закрепляет именно прозвищное, а не оттопонимическое происхождение (ударение на второй слог было бы характерно для фамилий от названий мест вроде Чушино).

Интересно, что в некоторых регионах «чушь» или «чушка» означало также «свинья, поросёнок» — отсюда могло возникнуть прозвище для неряшливого или, наоборот, очень упитанного человека. Однако версия с «мелким лесом» выглядит предпочтительнее, так как она более распространена в ономастике и даёт простор для образования фамилии от рода занятий: Чуша — тот, кто работает в «чуши», то есть в мелколесье.

Фамилия встречается преимущественно в центральной России и Поволжье, что косвенно подтверждает её связь с диалектным словом, а не с литературным. Встречается и вариант Чушин — мужская форма, от которой Чушина является закономерным женским соответствием. Таким образом, предки современных Чушиных, скорее всего, были людьми, жившими у леса или занимавшимися заготовкой дров, а их прозвище было практичным, без негативного оттенка, который появился у слова «чушь» позже, уже в литературном языке.