Фамилия Дадакузиева — редкий пример фамилии, образованной от полного арабского имени, а не от прозвища или профессии. Её основа — мужское имя Дадакузи, которое состоит из двух компонентов: «Дада» (тюркское «дед», «предок» или почтительное обращение к старшему) и «Кузи» (арабское «кузи» — «хранитель», «оберегающий»). Вместе имя Дадакузи можно перевести как «почтенный хранитель» или «дед-защитник». Это имя было распространено среди узбеков, таджиков и других народов Средней Азии, где исламские имена часто соединялись с местными уважительными приставками.

Фамилия образована по русской модели: к основе Дадакузи- добавлен патронимический суффикс -ев (с чередованием конечного -и на -ев). Окончание -а указывает на женскую форму, поэтому Дадакузиева — это «дочь (или жена) Дадакузи». Мужской вариант — Дадакузиев. Такая модель характерна для фамилий, которые появились в XIX–XX веках, когда русская администрация фиксировала имена местного населения в документах, добавляя суффиксы по аналогии с русскими фамилиями.

Географически фамилия привязана к Узбекистану, Таджикистану, а также к регионам с узбекскими и таджикскими диаспорами (юг Казахстана, Киргизия). В России она встречается редко, в основном у потомков мигрантов из Средней Азии. Социально носители фамилии, скорее всего, происходят из крестьянских или ремесленных слоёв — имя Дадакузи не было аристократическим, но указывало на уважение к старшим в семье.

В отличие от многих фамилий на -ев, у Дадакузиевой нет вариантов с разными суффиксами (-ов, -ин), что говорит о сравнительно позднем закреплении в письменных источниках. Споров о корне нет: тюркское «дада» и арабское «кузи» — общепризнанные этимологические элементы. Единственная неоднозначность — могла ли фамилия возникнуть от прозвища «Дадакузи» (человек, похожий на деда-хранителя), но более вероятно прямое происхождение от имени, так как в тюркской ономастике такие сложные имена — норма.

Итог: Дадакузиева — фамилия-патроним, которая говорит о том, что предок носителя носил уважительное имя со значением «почтенный защитник». Это типичный образец того, как русская словообразовательная модель наложилась на среднеазиатскую антропонимическую традицию.