Фамилия Димитрюхин — редкий пример, когда в основе лежит не просто имя, а его народная, «домашняя» форма. Корень здесь — каноническое имя Димитрий (в просторечии Дмитрий), но не прямое, а через уменьшительно-ласкательный вариант Димитрюха. Такие формы на -юха были типичны для бытового общения в XVI–XVII веках: от полного имени отсекали часть и добавляли суффикс, выражавший скорее фамильярность, чем возраст. Димитрюха — это «Дмитрий, свой парень», так могли звать в семье или в тесном кругу.

Словообразовательная модель проста, но показательна. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Димитрюхин — буквально «чей?» — сын Димитрюхи. Это типичная «патронимическая» фамилия, каких большинство в русском ономастиконе, но с нестандартной, нецерковной основой. Если бы предка звали просто Дмитрий, фамилия звучала бы как Дмитриев. А Димитрюхин — маркер того, что предок носил прозвищное, обиходное имя, а не полное.

Географически фамилия тяготеет к регионам, где были сильны традиции народных говоров и неканонических форм имен. Чаще всего Димитрюхины встречаются в Поволжье и на юге России, хотя точных статистических данных по редким фамилиям мало. Встречается она нечасто, и это делает её хорошим «индикатором» локальной семейной истории.

Интересно, что написание через «и» в первом слоге (Димитрюхин, а не Дмитрюхин) сохраняет церковнославянский след — полное имя Димитрий, в отличие от бытового Дмитрий. Такое написание могло закрепиться в документах под влиянием грамотных писцов, знавших каноническую форму, или же сама семья, дорожа происхождением, настаивала на таком варианте. Это редкий случай, когда орфография несет не только фонетическую, но и культурную нагрузку.

Однокоренные фамилии — Дмитриев, Димитриев, Дмитрюков, Митрохин — показывают, как разнообразно одно и то же имя могло обрастать суффиксами. Димитрюхин стоит в этом ряду особняком: он не столько указывает на род занятий или место жительства, сколько на то, что предка в быту называли ласково и коротко, но не настолько, чтобы стереть первоначальную основу.