Фамилия Финиковский с первого взгляда кажется простой: в её основе лежит нарицательное «финик», то есть плод финиковой пальмы. Однако за этим прозрачным корнем скрывается несколько вопросов, на которые нет однозначных ответов.

Самый очевидный путь образования — от прозвища или мирского имени Финик. В старину такие «сладкие» имена-прозвища давали не случайно: финики у многих народов символизировали плодородие, изобилие и здоровье. В арабских странах они и вовсе составляют основу рациона — из них готовят не менее ста блюд. Для русского человека, жившего в средней полосе, финик был диковинкой, поэтому прозвище Финик могло закрепиться за торговцем сладостями, человеком, побывавшим в южных землях, или просто за тем, кого сравнивали с чем-то редким и ценным.

Сложнее обстоит дело с суффиксом. Фамилии на -ский обычно указывают на географическую привязку: владение селом, происхождение из местности с таким названием. В случае с Финиковским это создаёт интригу. Либо мы имеем дело с прозвищной фамилией, где суффикс -ский присоединили к основе «Финик» по аналогии с дворянскими фамилиями, либо существовал реальный топоним — например, деревня Финиково или Финики, выходец из которой и получил фамилию Финиковский. Вторая версия правдоподобнее: на Руси с XVI–XVII веков такие фамилии часто закреплялись за духовенством и служилыми людьми, которым важно было подчеркнуть своё происхождение.

Любопытна и параллель с фамилией Розов. Как отмечал лингвист Б. Унбегаун, от слова «роза» в русском языке ожидалась бы форма Розин, но закрепилась форма Розов, что нарушает привычную грамматическую логику. С Финиковским похожая история: если бы фамилию образовывали по стандартной модели, мы получили бы Фиников или Финикин. Выбор в пользу -ский говорит о том, что фамилия формировалась не стихийно, а осознанно, возможно, под влиянием книжной традиции или польского образца, который был распространён среди дворянства и духовенства.

Точное время и место возникновения рода Финиковских можно установить только через серьёзные генеалогические изыскания. Процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и без архивных документов — ревизских сказок, метрических книг, писцовых записей — здесь не обойтись. Но уже сейчас ясно: фамилия эта не крестьянская, а скорее интеллигентская или духовная, и её носители, вероятно, имели отношение к южной торговле или церковной среде, где экзотические плоды и библейские образы были в ходу.