Фамилия Фишовы — это пример еврейской фамилии, которая вобрала в себя и немецкий язык, и славянскую модель оформления. Вопреки распространённому мнению, что все фамилии на «-ов» исконно русские, здесь мы видим иной механизм: основой послужило прозвище Фиш, а русский патронимический суффикс добавили уже на новой родине, чтобы фамилия органично вписалась в местную среду.

Сам корень прозрачен: немецкое слово Fisch (от древневерхненемецкого visch) переводится как «рыба». Прозвище Фиш могли дать человеку по роду занятий — скорее всего, рыболову или торговцу рыбой. В еврейской среде Германии и Восточной Европы такие «говорящие» прозвища были обычным делом: рядом с Фишем встречались и более причудливые варианты вроде Левенфиш («рыба-лев») или составные фамилии, описывающие природу, — Вейценбаум («пшеничное дерево»), Цигенбаум («козье дерево»). На их фоне Фиш выглядит скромно и практично, что как раз и говорит о его бытовом происхождении.

Интересна география. Фамилия Фишов с русским окончанием — это, как правило, следствие черты оседлости и последующих миграций. Евреи, жившие в Российской империи, при переписях и паспортизации нередко получали фамилии, адаптированные под местное произношение. Так Фиш превращался в Фишова, а его носители — в «детей рыбака» с точки зрения грамматики, хотя на деле за фамилией стояла не профессия, а семейное прозвище предка.

Суффикс «-ов» здесь не указывает на национальность, а лишь отвечает на вопрос «чей?». Это типичная модель для славянского мира, которую охотно заимствовали соседние народы. Поэтому фамилия Фишовы — не столько памятник европейской письменности, сколько живой пример культурного обмена: немецкая лексика, еврейская традиция прозвищ и русская словообразовательная норма встретились в одной фамилии.

Точное время возникновения фамилии Фишовы назвать сложно. Массовое присвоение фамилий еврейскому населению Российской империи пришлось на конец XVIII — XIX век, но отдельные носители могли появиться и раньше, в результате естественного бытования прозвищ. Окончательный ответ дадут только генеалогические изыскания: метрические книги, ревизские сказки и списки призывников, где фиксировались все варианты написания.

Стоит добавить, что встречается и русская фамилия Фишов, не связанная с еврейской традицией. В некоторых говорах «фишой» могли иронично называть человека с необычной внешностью или поведением, но эта версия менее убедительна из-за очевидной немецкой основы. Куда правдоподобнее, что перед нами — адаптированная еврейская фамилия, которая со временем потеряла связь с первоначальным значением и стала восприниматься как вполне привычная для русского уха.