Фамилия Француов — редкий случай, когда в основе лежит не профессия и не личное имя, а указание на происхождение предка. Корень здесь прозрачен: «француз». Однако суффикс -ов, а не более ожидаемый для таких прозвищ -ин, заставляет задуматься о том, как именно возникла фамилия.

В русской ономастике прозвища по национальности часто давали не самим иностранцам, а русским, которые долго жили среди иноземцев, переняли их обычаи или говорили с заметным акцентом. Так, крестьянина, побывавшего в плену или служившего у «француза», могли прозвать Французом. Суффикс -ов указывает на патронимическую модель: Француов — буквально «сын Француза». Если бы прозвище звучало как Французов, это была бы стандартная форма, но вариант с одним «з» (Француов) встречается реже и может быть следствием диалектного произношения или упрощения при записи в документах.

Версия о том, что фамилия принадлежала потомку реального француза, перебравшегося в Россию, менее вероятна, но не исключена. В XVIII–XIX веках в Россию приезжали французские гувернёры, ремесленники и военнопленные 1812 года. Однако их фамилии обычно русифицировались иначе — через добавление -ов к полной форме (Дюпон → Дюпонов), а не к этнониму. Кроме того, носители фамилии Француов исторически сосредоточены не в столицах, а в южнорусских регионах, особенно в Воронежской и Ростовской областях, где оседлых иностранцев было меньше, а прозвищный способ прозвания — распространён.

Словообразовательная модель проста: основа «францу» (от «француз» с утратой конечного согласного, что свойственно живой речи) плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов. Такое усечение — не ошибка, а отражение народного произношения: «француз» в быту могло звучать как «францу́с» или «францу́», отсюда и написание. Таким образом, Француов — это не искажённая запись, а закономерная форма, закрепившаяся в документах.