Фамилия Гамагина — редкий случай, когда географический акцент в основе спорит с языковым. Сразу скажем: перед нами, скорее всего, женская форма фамилии Гамагин, а её корень уводит нас не в столичные губернии, а в южнорусские и украинские говоры. Модель образования простая: суффикс -ин указывает на принадлежность «чей?» — сын или потомок Гамаги. Основа же «Гамаг» — это не имя в святцах, а прозвище.

Разбираем прозвище. В русских диалектах, особенно курских, орловских, воронежских, «гамага» или «гамак» — человек медлительный, неповоротливый, тяжелый на подъем. Слово, вероятно, тюркского происхождения (ср. «камак» — ком, глыба) или родственное украинскому «гаманіти» — шуметь, галдеть. В первом случае прозвище давали флегматику, во втором — крикуну или задире. Обе версии правдоподобны, но первая (по значению «тяжелый, неповоротливый») встречается в ономастических заметках чаще, так как для шумливого человека в русских говорах хватало других прозвищ — Гомоза, Галда.

Встречается и альтернативная версия: от названия инструмента «гамага» — так в некоторых местах называли гармонь или музыкальный смычок. Тогда родоначальник мог быть музыкантом, бродячим гармонистом. Но это предположение слабее — слово «гамага» в значении «музыкальный инструмент» фиксируется редко и локально, в основном в рязанских говорах.

Важная деталь, которая выделяет эту фамилию: ударение. В фамилии Гамагина оно почти всегда падает на второй слог — Гама́гина. Если бы основа была от имени Гама́к (гипотетическая форма от Гавриил или Агафон), ударение сместилось бы на первый слог. Эта фонетическая особенность — дополнительный аргумент в пользу прозвищного, а не крестильного происхождения.

Сословно фамилия не была закреплена за дворянством. Гамагины — это, с высокой вероятностью, крестьяне или однодворцы южных уездов России. В документах XVIII–XIX веков фамилия встречается в основном в Курской, Воронежской и Харьковской губерниях, что совпадает с ареалом бытования диалектного слова «гамага». Таким образом, искать корни фамилии Гамагина стоит не в боярских книгах, а в ревизских сказках сёл Черноземья, где жили неторопливые люди, получившие своё прозвище от односельчан.