Фамилия Глазачева образована от прозвища Глазач. Основа здесь прозрачна: слово «глаз». Однако за этим простым корнем скрывается не одна, а несколько возможных историй. Глазачом на Руси могли прозвать человека с большими, выразительными глазами или глазами навыкате. Но такое прозвище давали не только за внешность — его мог получить и тот, кто любил «поглазеть», то есть отличался любопытством и внимательно следил за всем происходящим вокруг.

Есть и третья, бытовая версия: Глазачом называли человека, в чьи обязанности входил присмотр за кем-либо — за детьми, работниками или скотиной. В этом случае прозвище указывало не на черту характера, а на занятие или социальную роль. Такая многозначность типична для русских прозвищ, где одно слово могло описывать и внешность, и поведение, и ремесло.

Фамилия Глазачева — женская форма от Глазачев, которая образовалась по стандартной модели: к основе прозвища Глазач добавился патронимический суффикс -ев. Суффикс -ач в исходном прозвище активен в русской антропонимии: он часто указывал на носителя яркого признака (ср. Усач, Бородач, Лобач). Таким образом, фамилия буквально означает «потомок Глазача» или «принадлежащая роду Глазачей».

Первые письменные свидетельства об однокоренных именованиях относятся к середине XVI века. В «Ономастиконе» академика С. Б. Веселовского упоминается Глазко, крестьянин (1545 год, Новгород). Это показывает, что прозвища с корнем «глаз» бытовали в новгородских землях уже в допетровскую эпоху. Фамилия Глазачева, вероятно, сформировалась несколько позже, когда прозвища окончательно закрепились как наследственные родовые имена.

В отличие от более распространённых фамилий на -ов/-ин, форма на -ев встречается реже, что делает Глазачеву менее типичной, но при этом точно указывает на мягкую основу исходного прозвища. Если искать аналоги, то в одном ряду стоят Усачев, Бородачев, Лобачев — все они образованы по той же словообразовательной модели от прозвищ с суффиксом -ач.