Фамилия Глазев образована от прозвища Глаз, и это, пожалуй, самый прямой случай в русской ономастике, когда внешность предка закрепилась в родовом имени. Однако за кажущейся простотой скрывается несколько вариантов того, что именно имели в виду, называя человека Глазом.

Самая распространённая версия — прозвище дали человеку с необычными глазами: очень большими, навыкате, разного цвета или с какой-либо приметой (бельмо, косина). В крестьянской среде, где паспортов не было, внешний признак был самым надёжным способом идентификации. Менее очевидный, но вполне возможный вариант — прозвище Глаз означало не столько орган зрения, сколько «соглядатай», «подглядчик», то есть человека, который следит за кем-то или чем-то. В северных говорах «глаз» также могли называть колдуна или знахаря — того, кто «видит» больше других.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев присоединился к основе на твёрдый согласный. По правилам русской грамматики, если прозвище оканчивалось на твёрдый согласный, фамилия получала суффикс -ов (Глазов), а если на мягкий или шипящий — -ев (Глазев). Поскольку основа «глаз» твёрдая, ожидалась бы форма Глазов. Форма Глазев указывает на то, что исходное прозвище, скорее всего, звучало как Глазь (с мягким знаком на конце) или Глазец. В некоторых диалектах «глазь» означало «зрачок» или «глазок», и такое уменьшительное прозвище тоже могло закрепиться за человеком.

Фамилия Глазев встречается реже, чем Глазов, и имеет более отчётливую региональную привязку. Она типична для северных и центральных областей России — Архангельской, Вологодской, Костромской, где мягкое произношение основы было распространённым явлением. В документах XVII века, например в переписных книгах, встречаются крестьяне с прозвищем Глазь, что подтверждает реальность этой формы.

Таким образом, предок современных Глазевых — человек, которого в деревне или посаде знали в первую очередь по взгляду: либо обладатель приметных глаз, либо местный «зоркий» наблюдатель, либо, что реже, человек, связанный с народным врачеванием или колдовством. Фамилия не относится к числу аристократических или дворянских, а является типичной крестьянской, возникшей в среде, где меткое прозвище было важнее документов.