Фамилия Голдырев — классический пример русской отчества на -ев, то есть она означает «сын Голдыря» или «потомок Голдыря». Суффикс -ев указывает на мягкую основу прозвища, и это первая зацепка: перед нами не просто случайное слово, а личное именование, которое в XV–XVII веках было обычным для людей без фамильного статуса.

Само прозвище Голдырь, скорее всего, связано с глаголом «голдить» (или «галдить») — шумно говорить, кричать, галдеть. В этом случае Голдырем называли человека с громким, резким голосом, крикуна или заводилу в толпе. Версия логичная и распространённая: прозвища по манере речи давали часто.

Есть и другой вариант, менее очевидный, но тоже имеющий право на существование. В ярославских говорах слово «галда» означало «лакомство». Если отталкиваться от этого корня, то Голдырь — это лакомка, любитель сладкого или вкусной еды. Диалектная привязка здесь важна: она сужает возможную географию фамилии. Голдыревы могли впервые появиться именно в ярославских землях, где такое слово бытовало.

Обе версии не противоречат друг другу — прозвище могло возникнуть в разных местах независимо. Но первая (от «галдить») встречается в ономастике чаще: глагольные прозвища по поведению более типичны для русской антропонимии, чем прозвища от диалектных существительных со значением «еда». Поэтому версия с «шумным человеком» выглядит чуть правдоподобнее.

Редкость фамилии Голдырев тоже о чём-то говорит. В общероссийских списках она не входит в сотни самых частых, а значит, её носители могут быть потомками одного или нескольких локальных родов. Встречается она преимущественно в центральных и северных регионах России — там, где ярославские говоры были распространены.

Таким образом, фамилия Голдырев — не дворянская и не книжная, а народная, бытовая. Её носитель в прошлом — либо крикливый сосед, которого так и прозвали за голос, либо любитель полакомиться, получивший прозвище по деревенской особенности речи. В любом случае, за фамилией стоит живая черта характера или привычка, а не абстрактное понятие.