Фамилия Говдырев — редкая и с затемнённой этимологией. Её основа не лежит на поверхности, и это как раз тот случай, когда стандартный разбор по схеме «имя — прозвище — ремесло» даёт сбой. Слово «говдырь» не фиксируется ни в словарях древнерусского языка, ни в диалектных источниках XIX–XX веков. Приходится работать методом исключения и привлекать данные смежных дисциплин.

Словообразовательная модель прозрачна: суффикс -ев указывает на притяжательное значение «сын Говдыря» или «человек из рода Говдыря». Трудность в том, чтобы объяснить, что такое «Говдырь». Первая гипотеза — связь с диалектным глаголом «говдеть» (южнорусские и украинские говоры), означающим «медлить, копаться, делать что-то неспешно». В этом случае Говдырь — прозвище медлительного, флегматичного человека. Вторая, менее вероятная версия — искажение имени Гавриил (в просторечии Гаврила) через форму Говрила → Говдырь. Однако такой переход фонетически сложен и не подтверждается примерами.

Третий вариант, который редко встречается в популярных описаниях, — связь с древним балтийским субстратом. В литовском языке есть слово gaudyti — «ловить, хватать», а gaudytojas — «ловец». Если фамилия возникла на землях, где в прошлом жили балтийские племена (Смоленщина, Тверщина, Псковщина), то прозвище Говдырь могло означать «ловчий», «охотник» или «рыбак». Это объясняет и редкость фамилии: балтийские заимствования в русских прозвищах сохраняются точечно, в отдельных семьях, и не образуют массовых гнёзд.

Географически фамилия Говдырев тяготеет к югу России — её носители встречаются в Ростовской, Волгоградской областях, а также в Краснодарском крае. Это косвенно поддерживает первую версию (южнорусский диалект). При этом в центральных и северных регионах фамилия почти не фиксируется. Сословного барьера у неё не было: Говдыревы могли быть и крестьянами, и мещанами, и казаками — фамилия не несёт маркера принадлежности к дворянству или духовенству. Единственное, что можно сказать с уверенностью: прозвище Говдырь дали взрослому человеку по его характерной черте или занятию, а фамилия закрепилась за его потомками не позднее XVII–XVIII веков.