Фамилия Голублева — женская форма фамилии Голублев, и её происхождение напрямую связано с мужским прозвищем или именем, лежащим в основе. Разбирая эту фамилию, сразу обращаешь внимание на её словообразовательную модель: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?» — Голублев, то есть сын или потомок Голубля). А вот с корнем сложнее: в русском языке нет слова «голубль» в прямом значении, но есть «голубь».

Самая очевидная версия: основа «Голубль» — это диалектный или старинный вариант слова «голубь». В русских говорах встречались формы «голуб», «голубль» (сравните: «журавль» от «журавь»). Прозвище Голубль могли дать человеку с мягким, кротким характером, либо с голубыми глазами, либо за любовь к этим птицам. В ономастике такие «птичьи» прозвища — одна из самых распространённых групп: Голубев, Воробьёв, Соколов. Голублев — более редкий вариант, возникший, скорее всего, в северных или центральных говорах, где форма «голубль» была в ходу.

Менее вероятная, но возможная версия: фамилия могла образоваться от имени Голуб, которое в старину было нецерковным, мирским именем. На Руси до XVII века детей часто называли по названиям животных и птиц, веря, что имя передаст ребёнку свойства этого существа. Имя Голуб зафиксировано в исторических документах, и от него закономерно пошли фамилии Голубов, Голубин, Голублев.

Встречается фамилия преимущественно в центральной России и Поволжье, но её носители есть и на Урале, что говорит о миграции населения в XVII–XIX веках. Сословная принадлежность Голублевых, скорее всего, крестьянская или мещанская — фамилии на -ев редко встречались у дворянства, если не считать случайных исключений.

Интересно, что фамилия Голублев не стоит особняком: есть однокоренные Голубов, Голубев, Голубцов, Голубятников. Но суффикс -л- в основе («Голубл-») делает её более архаичной по звучанию. Если Голубев — это «сын голубя» (от мягкой основы «голубь»), то Голублев — «сын Голубля», то есть от более старой, полной формы прозвища. Такая деталь позволяет предположить, что предок носителя фамилии жил в местности, где сохранялись древние словоформы, возможно, в Новгородской или Псковской земле, где диалекты дольше держали старину.