Фамилия Голыбин построена по одной из самых древних и распространённых в русском языке моделей: от прозвища на -а с помощью притяжательного суффикса -ин. Это значит, что основатель рода носил прозвище Голыба, а его дети и внуки стали Голыбиными — то есть «чьи?» Голыбины, люди из рода Голыбы.

Прозвище Голыба напрямую связано с корнем «гол-» и значением «голый, нагой». В старину это слово редко описывало внешность — куда чаще оно указывало на бедность. Родственные слова «голь», «голытьба», «голынь» в русских говорах означали неимущих, бродяг, людей без крова и имущества. Однако называть человека Голыбой могли не только по реальной нужде, но и с обратным смыслом: в народе верили, что «плохое» имя или прозвище убережёт ребёнка от злых сил и притянет к нему достаток. Так Голыба мог получить имя-оберег с надеждой, что жизнь у него сложится богато.

Интересно, что в русской ономастике есть целое гнездо фамилий с той же основой: Голубев, Голубцов, Голышев, Голованов. Но Голыбин стоит особняком — суффикс -ыб- в прозвище встречается редко, и это делает фамилию заметной на фоне более частых однокоренных вариантов. Если Голышев, например, восходит к прозвищу Голыш (тоже «голый»), то Голыба — форма более древняя, вероятно, диалектная.

Точное место и время возникновения фамилии Голыбин установить трудно: процесс закрепления прозвищ в фамилии шёл веками, и документальные свидетельства по таким редким фамилиям часто скудны. Но сама словообразовательная модель указывает на XV–XVII века, когда суффикс -ин активно вытеснял более архаичные формы. Сейчас носители фамилии встречаются в разных регионах России, что говорит о давнем расселении рода.

Фамилия Голыбин — не просто указание на бедного предка, а живой след народной веры, языка и того, как наши предки через имя пытались влиять на судьбу.