Фамилия Горошев — одна из тех, где на первый взгляд всё ясно, а при ближайшем рассмотрении начинаются вопросы. Самое простое объяснение: от слова «горох». Но в русском языке прозвище или имя человека, связанное с горохом, обычно давалось в форме Горох, и тогда фамилия звучала бы как Горохов. Горошев — это иная словообразовательная модель.

Ключ к разгадке — суффикс -ев и основа на шипящий. Если бы предка звали Горох, мы бы имели Горохов. Появление -ш- говорит о том, что исходное прозвище звучало как Горош или Гороша. Такая форма характерна для южнорусских и украинских говоров, где «горох» могло перейти в «горош» под влиянием местного произношения, или же это была уменьшительно-ласкательная форма: Гороша — «маленький горох», «горошинка». В старину так могли назвать невысокого, круглолицего человека или, наоборот, того, кто сеял или торговал горохом.

Есть и вторая, менее очевидная версия. Горошев могло образоваться не от «гороха», а от канонического имени Герасим. В народной речи это имя сокращали до Гарася, а в некоторых диалектах — до Гороша (через перестановку звуков и упрощение). Тогда фамилия Горошев — это отчество от обиходной формы Горош, сын Гороша. Такая модель встречается реже, но она объясняет и суффикс, и шипящий в основе без привязки к огородной культуре.

Встречаемость фамилии невысокая, и географически она тяготеет к Курской, Белгородской и Воронежской областям — как раз к зоне перехода русских говоров в украинские, где обе версии имеют право на жизнь. Определить, какая из них верна для конкретной семьи, можно только по архивным записям: если в документах XVII–XVIII веков предок записан как Горош, а не Герасим, значит, корень — в бобовых. Если же в метриках мелькает Герасим, переходящий в Горошу, — перед нами переосмысленное церковное имя.