Происхождение
Фамилия Горюненко
Фамилия Горюненко звучит по-южному певуче и сразу даёт понять, что её носитель — потомок человека с прозвищем Горюн. Это типичная украинская фамилия, образованная по модели, которая в XIX веке была особенно распространена на Левобережье и в Слобожанщине. Суффикс -енко в украинской ономастике — главный маркер «сыновства»: Горюненко буквально означает «сын Горюна» или «маленький Горюн». В Московском государстве такую фамилию скорее всего заменили бы на Горюнов, но в Малороссии форма на -енко закрепилась как основная.
Корень фамилии — гореть и всё, что с ним связано. Прозвище Горюн в народной среде имело два основных значения. Первое — «тот, кто много горюет», то есть человек печальной судьбы или просто хмурый, задумчивый. Второе, более прозаическое, — «тот, кто имеет дело с огнём»: смолокур, углежог, гончар или работник при кузнечном горне. В словаре Владимира Даля «горюн» — это ещё и «бедняга, горемыка», но в быту так могли назвать и человека с «горячим», вспыльчивым нравом. Какая из версий верна для конкретного предка, сказать сложно, но прозвищный характер фамилии не вызывает сомнений: Горюн — это не имя, а меткая характеристика.
Интересно, что фамилия Горюненко не так часта, как, скажем, Коваленко или Шевченко. Это говорит о том, что прозвище Горюн было менее распространённым, чем ремесленные или патронимические основы. В ревизских сказках и исповедных ведомостях XIX века Горюненко встречаются в основном в Полтавской, Харьковской и Черниговской губерниях. Там, где преобладало казацкое население, фамилии на -енко были нормой, а не привилегией знати. Горюненко, скорее всего, относились к казачьему или крестьянскому сословию — никаких следов дворянского герба эта фамилия не имеет.
Сравните с однокоренными Горюновым: та же основа, но русская форма. Наличие двух вариантов — Горюнов и Горюненко — показывает, как один корень по-разному адаптировался в разных частях восточнославянского мира. Если ваш предок носил фамилию Горюненко, он почти наверняка был выходцем из украинских земель, и его родовая память уходит корнями в ту среду, где прозвища давали по характеру или занятию, а не по отцу.