Фамилия Грималовский — редкий случай, когда форма слова подсказывает не только прозвище предка, но и возможный путь заимствования из соседнего языка. Скорее всего, перед нами не самостоятельная основа, а вариант более известной польско-литовской фамилии Гржимайло. Дело в том, что польское слово «гржим» (от глагола grzmieć — «греметь», буквально «гром») при переходе в русскую или украинскую языковую среду могло потерять согласный «ж»: так появилась пара Гржималовский и Грималовский. Оба варианта записывались на слух, и второй — упрощённый — закрепился у части носителей.

В основе лежит прозвище Гржим. Его давали человеку с громким голосом, резким нравом или, возможно, вспыльчивым характером — по ассоциации с раскатами грома. Суффикс -овск- (в польской огласовке -owski) указывает на шляхетское или, шире, землевладельческое происхождение: так образовывали фамилии по названию поместья или родового гнезда. В случае с Грималовским, однако, первичным было именно прозвище, а не топоним — фамилия сложилась по модели «личное прозвище + дворянский суффикс».

Известен польский дворянский род Гржимайло, рано разделившийся на несколько ветвей. Первая ведёт начало от Матвея Ивановича Гржимайло (1668), вторая — от Казимира Фомича Гржимайло, владевшего поместьями с 1706 года, третья — от Луки Гржимайло (1660). Последняя ветвь писалась с приставкой Грум-: Грум-Гржимайло. Поскольку фамилия Грималовский — фонетическая производная от того же корня, её носители с большой вероятностью относятся к одной из этих линий, хотя документально проследить переход от «гржим» к «грим» удаётся не всегда.

Обратите внимание на редкость самой модели: в русских фамилиях сочетание корня с суффиксом -овский встречается часто, но основа «грим» почти не фиксируется в других фамилиях. Это косвенно подтверждает, что перед нами не местное прозвище, а адаптированный полонизм. Если ваши предки носили Грималовского, стоит искать их в документах Речи Посполитой — скорее всего, в Волынском, Киевском или Подольском воеводствах, где польская шляхта соседствовала с восточнославянским населением и фамилии часто упрощались на слух.