Фамилия Гусьев — наглядный пример того, как простое прозвище закрепилось в родовом имени. Она образована по стандартной модели: к основе Гусь- добавили суффикс -ев, указывающий на принадлежность («чей?» — Гусьев, то есть сын или потомок человека по прозвищу Гусь). Суффикс -ев, а не -ов, стоит после мягкого согласного, что грамматически верно.

Прозвище Гусь в Древней Руси было распространённым. Оно могло достаться человеку за внешнее сходство — длинная шея, крупный нос или важная походка. Но чаще всего так называли обладателя неуживчивого, «гусиного» характера: задиристого, крикливого или, напротив, чересчур горделивого. В новгородских и псковских землях прозвище могло быть связано с охотой на гусей или с разведением этой птицы. Известно, что в XV–XVI веках прозвище Гусь встречалось среди крестьян и посадских людей, а фамилия Гусьев фиксируется в переписных книгах XVII века, например, в северных уездах.

В отличие от фамилии Гусев, где основа Гус- (от «гусь» с беглой гласной) встречается чаще, форма Гусьев сохранила мягкое окончание прозвища. Это может указывать на более позднее оформление фамилии в тех говорах, где «гусь» произносили с мягким «с» на конце. Есть и редкая версия, что в основе лежит не птица, а древнерусское нецерковное имя Гусь, производное от «гусь» как символа бдительности или заботы, но она уступает прозвищной гипотезе по убедительности.

Сегодня фамилия Гусьев встречается нечасто, в основном в центральной России и Поволжье. Её носителям стоит помнить: за ней стоит не ремесло и не знатное происхождение, а живая черта предка — его характер или внешность, которые подметили и запомнили соседи.