Фамилия Игрунёва — женская форма фамилии Игрунёв, и в ней сразу слышна основа: «игрун». В старину так называли человека, который любит играть, резвиться, шалить. Прозвище Игрун могли дать ребёнку или взрослому за весёлый нрав, склонность к забавам и непоседливость. В словаре В. Даля «игрун» — это «охотник играть, резвый, шалун». В отличие от фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), эта — от прозвища, которое описывало характер или поведение человека.

Суффикс -ёв указывает на принадлежность: Игрунёв — сын Игруна. Это типичная модель для русских фамилий, но здесь есть тонкость. Обычно в фамилиях от основ на -ун используется суффикс -ов: говорун → Говорунов, бегун → Бегунов. Однако в фамилии Игрунёв под ударением стоит не основа, а суффикс: Игрунёв, а не Игрунов. Это редкий вариант, который мог возникнуть из-за диалектного произношения (цоканье, яканье) или под влиянием других фамилий на -ёв (например, Плетнёв, Корнёв). В любом случае, написание с «ё» закрепилось в документах.

Географически фамилия Игрунёва встречается нечасто. По данным открытых источников, наибольшая концентрация носителей — в центральных и южных областях России, особенно в Воронежской и Ростовской областях. Это может указывать на южнорусское происхождение прозвища: в говорах юга России слово «игрун» могло иметь не только значение «шалун», но и «плясун» или «скоморох». Предок-Игрун мог быть весёлым парнем на деревенских гуляньях или даже профессиональным потешником.

С точки зрения социального статуса, фамилия Игрунёв — крестьянская или мещанская. Прозвища, описывающие характер, чаще всего давали простым людям, а не дворянам, у которых фамилии образовывали от имён или географических названий. В ревизских сказках и метрических книгах XIX века Игрунёвы встречаются среди государственных крестьян и однодворцев — это подтверждает, что фамилия «народная», без аристократического налёта.

В отличие от более распространённых фамилий той же модели (например, Игнатьев или Исаев), Игрунёв сохранил редкий ударный суффикс -ёв, что делает его заметным в списках. Сегодня носителей фамилии немного — по разным оценкам, не более нескольких сотен человек в России. Это не массовая фамилия, а скорее локальная, что говорит о её сравнительно позднем закреплении (вероятно, в XVIII–XIX веках) и узком ареале бытования.