Фамилия Искренева — яркий пример того, как русская фамилия может хранить память не столько о занятии, сколько о личном качестве предка. Её основа, «искренний», кажется прозрачной, но за ней скрывается не просто прямое значение, а целый пласт древнерусской лексики и социальных норм.

Слово «искренний» в древнерусском языке означало не «честный» в современном моральном смысле, а «близкий», «родной», «кровный». Происходит оно от общеславянского корня *jьskrь — «близко, рядом». То есть «искренний человек» — это буквально «свой», «ближний», тот, кто находится рядом по крови или духу. Искреневым в XV–XVII веках могли прозвать либо очень доверчивого и прямодушного человека, либо, напротив, того, кто постоянно подчёркивал свою близость к кому-то (например, «искренний боярин» — то есть приближённый). Второй вариант менее вероятен, но в среде служилых людей прозвища нередко давались по характеру отношений с господином.

Фамилия образована по стандартной для русских фамилий модели: от прозвища Искреня (или Искреней) через притяжательное прилагательное с суффиксом -ев. Суффикс -ев, а не -ов, указывает на то, что основа прозвища оканчивалась на мягкий согласный или -й: Искрен(ий) → Искренева. Женская форма Искренева — это исходная форма для женщины, тогда как мужская будет Искренев. Такая фамилия могла возникнуть в среде крестьян или посадских людей, где прозвища были особенно живучи, но не исключено и её появление в дворянской среде — в качестве прозвища, закрепившегося за родом.

Стоит отметить, что фамилия Искренева — редкая по сравнению с однокоренной Искров (от «искра») или более поздней Искренний (от прилагательного). Это говорит о том, что она сохранила архаичную форму прозвища, которое не переосмыслили в более привычное «Искренний» или «Искренников». Географически фамилия встречается преимущественно в центральных и северных областях России, где лучше сохранялась древняя лексика, но точных данных о «гнезде» фамилии нет.

Таким образом, носитель фамилии Искренева может с высокой долей уверенности считать, что его предок получил прозвище за душевную близость, прямоту или родственную связь — в любом случае, за то, что он был «своим» для окружающих. Это не ремесленная и не географическая фамилия, а антропонимическая характеристика, что делает её особенно интересной для изучения истории семьи.