Фамилия Кадученко — яркий пример украинской модели образования: суффикс -енко указывает на происхождение от отца («чей?» — Кадученко, то есть «сын Кадучи» или «сын Кадука»). Такая схема была особенно распространена в Поднепровье и на Левобережной Украине в XVII–XVIII веках, когда фамилии на -енко стали массовым способом фиксации родства и прозвищ.

Корень фамилии вызывает споры. Первая, более экзотическая версия, связывает его с тюркским словом капучи (kapıcı) — «привратник, сторож у ворот». В османской культуре и в Крымском ханстве привратники стояли не только у городских и дворцовых ворот, но и при храмах: во время богослужения они следили, чтобы внутрь не проник посторонний, способный нарушить священнодействие. Если предок носителя фамилии был таким «кадучи», прозвище могло закрепиться за ним в казацкой среде, где контакты с тюркскими народами были обычным делом.

Вторая версия — славянская, и она правдоподобнее. В основе лежит слово кадук — старинное название эпилепсии, «падучей болезни» (от лат. caducus — «падающий»). В народе так же называли злого духа или немочь, «напущенную болезнь». Прозвище Кадук давали человеку, страдающему припадками, или, реже, тому, кого считали «порченым» — с испорченным здоровьем. Со временем прозвище потеряло прямую связь с болезнью и могло перейти на любого, кого дразнили за слабость или странное поведение.

Учитывая, что фамилия Кадученко — украинская по форме, вариант с общеславянским «кадук» выглядит более естественным. Тюркское происхождение не исключено, но оно требует дополнительных шагов: сначала прозвище Кадучи должно было прижиться в украинской среде, а потом получить типичный суффикс. В любом случае, обе версии рисуют конкретного человека — либо больного, либо служителя у ворот, — чей образ и закрепился в фамилии.