Фамилия Кагальницкие (и её мужская форма Кагальницкий) — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, связано не с родом занятий или внешностью, а с социальной ролью человека в общине. В основе лежит слово «кагал» — так в Польше и Восточной Европе XVI–XVIII веков называли орган еврейского общинного самоуправления. Кагал собирал налоги, вёл метрические книги, разбирал споры и выступал посредником между общиной и государством, в том числе в Российской империи до 1893 года.

Прозвище Кагальницкий могли дать человеку, который входил в этот орган, был его старостой или просто активным участником сходов. Суффикс -ницк- указывает на принадлежность к месту или группе людей: так же образованы фамилии Городницкий (от города), Станицкий (от станицы). В данном случае — «относящийся к кагалу», «кагальный». Форма на -ий типична для фамилий, которые закрепились в дворянской или казачьей среде, но могла возникнуть и у мещан, взявших фамилию по месту жительства или службы.

Есть и другая, менее очевидная версия: Кагальницкие могли получить фамилию по названию реки Кагальник в Ростовской области или станицы Кагальницкой на Дону. В этом случае связь с «кагалом» косвенная — топоним мог произойти от тюркского слова, а фамилия стала «географической», указывая на выходца с этих земель. Однако для версии с еврейским самоуправлением говорит сама модель прозвища: называть человека «Кагальницким» по месту жительства в черте оседлости было бы странно, а вот по роли в общине — естественно.

История фамилии уходит корнями в эпоху, когда фамилии только начинали закрепляться у непривилегированных сословий. Процесс был долгим, и без генеалогического исследования сказать, когда и где именно прозвище Кагальницкий стало наследственным, сложно. Ясно одно: перед нами не просто случайный набор звуков, а точный социальный маркер, который указывает на предка, имевшего вес и власть в своей среде.