Фамилия Калатухина образована по самой распространённой в русской ономастике модели — от прозвища или имени, оканчивающегося на -а, с помощью суффикса -ин, указывающего на принадлежность («чей?» — сын Калатухи). Основа здесь — «калатух» или «калатуха». Это слово не из литературного языка, а из диалектов, причём с довольно узким ареалом. В говорах Вологодской, Архангельской и частично Костромской областей «калатуха» — это не просто болтушка или мутная жижа, а конкретно мучная похлёбка, затируха, которую варили в голодные годы из остатков муки и воды. Но у слова есть и второе, переносное значение — так могли назвать человека нерасторопного, вялого или, наоборот, того, кто «калатушит», то есть мешает, болтает, суетится без толку.

Таким образом, прозвище Калатуха могло закрепиться либо за бедным крестьянином, в чьём рационе постоянно была эта незатейливая еда, либо за человеком с определённым складом характера — непоседливым, суматошным. В пользу бытовой, «кухонной» версии говорит и то, что фамилия практически не встречается за пределами Русского Севера и северо-востока европейской части России. В писцовых книгах и ревизских сказках XVII–XVIII веков носители прозвища Калатуха фиксировались в основном в Вятском крае и на Устюжне.

С точки зрения словообразования фамилия Калатухина интересна тем, что она сохранила редкий диалектный корень, который почти не дал производных в литературном языке. Сравните с однокоренными Калашников (от калач) — там связь с хлебобулочным изделием очевидна, а здесь основа ушла в область местных говоров. У фамилии нет дворянского или купеческого происхождения — это чисто крестьянская фамилия, возникшая в среде, где прозвище давали по тому, что было под рукой: по еде, по привычке, по внешнему виду.

Известных носителей с этой фамилией в истории немного, и все они — люди из народа: крестьяне, ремесленники, позже — рабочие. Фамилия не получила широкой известности, но это как раз тот случай, когда за простым звучанием стоит точная и конкретная картина быта русского Севера.